Акции Самолета подскочили на 13% на корпоративных новостях
Июньскую инфляцию США опубликуют сегодня в 15:30 по Москве, и этот текст я сознательно заканчиваю до выхода фактических данных. Не потому, что число не важно, — а потому, что самое поучительное сегодня происходит вокруг него: рынок в третий раз за год готовится переписать своё мнение о ставке ФРС, и картину стоит зафиксировать до того, как её перепишет очередная публикация.
Картина такая. В январе фьючерсы закладывали к декабрю два-три снижения ставки. Вчера тот же рынок всерьёз торговал вероятность повышения уже на июльском заседании, а до конца года видел два повышения. Сама ставка за это время не шевельнулась: четыре заседания подряд 3,50–3,75%. Весь путь — от «скоро станет дешевле» до «сейчас станет дороже» — ожидания проехали в одиночку, без единого движения самой ФРС.
Рынок полгода спорил не с регулятором. Он спорил с собственным вчерашним мнением.
Отсюда различение, на котором держится всё остальное. У любого рыночного мнения о ставке этим летом есть дата истечения — ближайший выход данных. Январское «три снижения» истекло к апрелю. Вчерашняя уверенность в повышении истекает сегодня в 15:30. Мнение с датой истечения — это не знание о будущем, это тень числа из последнего вышедшего отчета.
При этом у разворота в сторону ужесточения настоящие основания, и отмахиваться от них я не стану. Рабочая мера ФРС — базовая инфляция по индексу потребительских расходов (PCE), без еды и топлива: она поднялась с 3,0% в декабре до 3,4%, и почти 70% услуг в её составе дорожают быстрее 3% в годовом темпе. Член совета управляющих Кристофер Уоллер вчера сказал официально: если ядро на этой неделе снова окажется горячим, комитету придётся рассматривать ужесточение. Июньский прогноз самого комитета уже сдвинулся — медианная ставка на конец года 3,8%, то есть одно повышение. Это не истерика заголовков — это арифметика людей, которые помнят, чем закончилось «подождём ещё» в 2021 году.
И всё же вся конструкция висит на одном вечере. Сегодня выйдет другой индекс — потребительских цен (CPI), и, чтобы вечером не запутаться в сводках, цифры стоит разложить заранее. У CPI два этажа: заголовочный — вся корзина, включая бензин и продукты, — и базовый, без них. Заголовочный, по консенсусу, покажет крупнейшее за несколько лет замедление, с 4,2% до примерно 3,9%: бензин за июнь подешевел почти на 10%. Базовый останется у 2,8–2,9% — в нём бензина нет, и снижаться там нечему.
Разнобой цифр — 3,4% у меры ФРС, 3,9% в заголовках, 2,9% в ядре — не чья-то ошибка: это три разные корзины, и рынок вечером будет выбирать, в которую смотреть. Одно и то же число до конца торгов прочитают двумя противоположными способами: «инфляция отступает, о повышении можно забыть» — и «ядро не движется, повышение всё ближе». А через полтора часа после публикации в Конгрессе впервые выступит новый председатель ФРС Кевин Уорш — интонация одного человека способна сдвинуть цену денег сильнее самого отчёта.
Сколько стоит перепутать мнение со знанием, на этой неделе показал Боб Эллиотт — управляющий фонда Unlimited, в прошлом много лет отвечавший за инвестиционный процесс в Bridgewater, крупнейшем хедж-фонде мира. В конце июня он публично поставил на то, что разговоры о повышении рассосутся, — купил двухлетние казначейские облигации. Вчера закрыл позицию с убытком и подвёл итог с редкой честностью: в предсказании политических сдвигов у меня нет преимущества — и ни у кого нет. Ставка прожила три недели. Проиграл не анализ — проиграла сама попытка опереться на мнение, у которого по построению есть дата истечения.
В моей методологии прогноза ставки нет — и это не упущение, а конструкция. Люди, которые сами создали свой первый капитал и живут на доходы от него, редко спрашивают меня, что сделает ФРС в декабре, — чаще спрашивают, переживёт ли портфель оба исхода. Это правильный вопрос. Доходная часть собирается так, чтобы каждая позиция выдерживала и ещё год на 3,50–3,75%, и пару повышений сверху, — а проверяется это скучно, по отчётности: фактами из баланса эмитента, а не заголовками из ленты новостей.
Есть и цена вопроса, которую не отменит никакой вечерний отчёт. Облигации с защитой от инфляции показывают, сколько экономика платит за деньги сверх роста цен, — и эта реальная доходность по десятилетним казначейским бумагам уже 2,3%, максимум с 2023 года. Портфель, который такой цены денег не выдерживает, спасёт не точный прогноз, а только удача.
Сегодня в 15:30 я, как и все, узнаю конкретное число. Ожидания снова переедут — вопрос только, в какую сторону. Разница между участниками этого вечера не в качестве прогнозов — она в том, кому прогноз вообще нужен.
Материал носит информационный характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.
