План «Б»: как Трамп собирается обойти запрет Верховного суда на тарифы
Уолтер Шлосс управлял деньгами из крошечного офиса на Манхэттене. Без команды аналитиков, без Bloomberg-терминалов, без встреч с CEO. Из инструментов — подшивка Value Line, калькулятор и железная дисциплина.
За 47 лет он показал около 15% годовых среднегодовой доходности против 10% у S&P 500.
$10 тысяч, вложенных в его фонд в 1955-м, превратились в $13 миллионов!
Уоррен Баффетт называл его одним из величайших инвесторов. Не за гениальность — за последовательность.
Вся философия Шлосса умещалась на бумажной салфетке: покупать компании с P/B (дешевле балансовой стоимости), низким долгом и реальными активами — заводами, недвижимостью, запасами. Никаких DCF-моделей, анализа различных сценариев или прогнозов ВВП.
«Я не очень умён. Я просто смотрю на цифры. Покупаю акции дёшево и оставляю их в покое», — говорил Шлосс.
Пока Wall Street гонялся за tech-единорогами 90-х, Шлосс перелопачивал отчёты сонных промышленных компаний. И зарабатывал больше.
Если мог купить доллар активов за 50 центов — покупал. Рынок рано или поздно замечал несоответствие.
Этот, казалось бы примитивный метод, давал ему два преимущества:
- Защита от катастроф — сложно прогореть, покупая компании ниже ликвидационной стоимости.
- Экономия ментальной энергии — Шлосс не тратил силы на прогнозы, поэтому мог просто ждать годами.
Во время краха доткомов (2000–2002) его портфель почти не пострадал. Он не держал переоценённые tech-акции — его компании торговались по 0.6–0.8 от балансовой стоимости и приносили стабильные денежные потоки.
«Я не пытаюсь предсказывать рынок или экономику. Я просто ищу дешёвые акции», — повторял Шлосс.
Он сторонился модных секторов: tech-бум, интернет-революция, «новая экономика» — всё мимо. Он тупо всю жизнь искал компании с осязаемыми активами: то, что можно продать или переориентировать, если бизнес-модель не сработает. Стратегия выглядела скучной на фоне блестящих нарративов технологических компаний. Нарративы часто испаряются, реальные активы остаются.
Если не можешь оценить будущее компании — купи её настоящее по дешёвке. Баланс лжёт реже, чем презентация стратегии роста.
Шлосс держал 80–100 позиций для диверсификации, покупал когда все продавали, продавал при приближении к справедливой цене и не выжимал последние 20% роста. Его главное правило — не терять деньги. За полвека этот консерватизм обернулся огромным состоянием.
Три вопроса для самопроверки:
- Вы покупаете компанию из-за перспектив будущего роста или из-за текущей цены относительно стоимости чистых активов?
- Вы держите позицию, потому что верите в бизнес, или просто ждёте, когда «рынок поймёт»?
- Вы можете не делать ничего месяцами, если нет хороших возможностей?
Если хотя бы на два ответ «нет» — возможно, вы играете не в ту игру.
Шлосс доказал: серьезное благосостояние гораздо проще построить не на высоком IQ, а на повторении простых и правильных действий десятилетиями.
Скучно? Да. Работает? Спросите тех, кто вложился в его фонд в 1955-м.
Если вам близка идея независимого мышления в инвестициях — подписывайтесь на мой телеграм-канал.
Материал носит информационный характер и не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией.