Акции связанных с Гренландией компаний резко выросли — вот почему
Американские санкции против венесуэльскои нефти теперь нарушать нельзя никому, кроме самих США. Вашингтон определяет, какие баррели можно продавать, через кого, в какие порты и куда зачислять деньги. А если что-то не так, то и в нейтральных водах готовы танкеры захватывать.
→ Между тем Департамент энергетики объявил, что правительство США начинает продажи венесуэльскои нефти на мировом рынке. Пока речь только о 30–50 млн баррелей, но это лишь начало.
Американские НПЗ и трейдеры уже выстраиваются за ними в очередь, акции переработчиков пошли вверх, канадская тяжелая нефть тут же просела в цене, потому что у нее появился прямой конкурент, который еще вчера был под санкциями.
• Мировые цены тоже снижались, Brent уходил ниже $60 за баррель. Однако сегодня с утра чуть приподнялся, поскольку неопределенность велика. Все же забрать и продать уже добытые 50 млн баррелей — это одно, а восстановить инфраструктуру и добычу в Венесуэле на постоянной основе — это другое.
Кстати, Китай своего слова еще не сказал. Пока китайские компании запрашивают у Пекина инструкции, как им реагировать на то, что два десятилетия инвестиций и десятки миллиардов кредитов могут в одночасье уйти в нефтяные пески Ориноко.
Так или иначе, ясно, что санкции все меньше похожи на запрет и все больше на механизм распределения доступа. Кто решает, какие баррели правильные, а какие нет, тот и управляет рынком. Вопрос лишь в том, где проходит граница, и кто окажется следующим за ее пределами.
Долгосрочно это ведет к фрагментации рынка и увеличивает риски для наращивания добычи по миру в целом. Это значит, что суперпрофицит на рынке может оказаться недолгим.
→ Между тем Департамент энергетики объявил, что правительство США начинает продажи венесуэльскои нефти на мировом рынке. Пока речь только о 30–50 млн баррелей, но это лишь начало.
Американские НПЗ и трейдеры уже выстраиваются за ними в очередь, акции переработчиков пошли вверх, канадская тяжелая нефть тут же просела в цене, потому что у нее появился прямой конкурент, который еще вчера был под санкциями.
• Мировые цены тоже снижались, Brent уходил ниже $60 за баррель. Однако сегодня с утра чуть приподнялся, поскольку неопределенность велика. Все же забрать и продать уже добытые 50 млн баррелей — это одно, а восстановить инфраструктуру и добычу в Венесуэле на постоянной основе — это другое.
Кстати, Китай своего слова еще не сказал. Пока китайские компании запрашивают у Пекина инструкции, как им реагировать на то, что два десятилетия инвестиций и десятки миллиардов кредитов могут в одночасье уйти в нефтяные пески Ориноко.
Так или иначе, ясно, что санкции все меньше похожи на запрет и все больше на механизм распределения доступа. Кто решает, какие баррели правильные, а какие нет, тот и управляет рынком. Вопрос лишь в том, где проходит граница, и кто окажется следующим за ее пределами.
Долгосрочно это ведет к фрагментации рынка и увеличивает риски для наращивания добычи по миру в целом. Это значит, что суперпрофицит на рынке может оказаться недолгим.