В прошлых статьях я писал, что после выборов очень многое будет зависеть от того, что Трамп решит по Ирану. И многие считали, что чем хуже будет результат республиканцев, тем более жёсткий удар последует по Ирану.
Демократы, как мы видим, забрали обе палаты Конгресса, причём с большим запасом. На 4 ноября, по данным AP, в Сенате у них 54 места против 44 у республиканцев, ещё два штата досчитывают. В Палате представителей демократы уже выиграли 228 округов и лидируют ещё в 34. Демократ впервые с 1932 года прошёл в Сенат от Канзаса, сенатскую гонку выиграл демократ даже в Техасе, а губернатором Техаса избрана Джина Хинохоса — первый демократ на этом посту за 36 лет. По экзитполам, около 60% избирателей не одобряют работу президента.
Вэнс прямо написал, что причина поражения — война с Ираном, а сам Трамп объяснил всё ценой бензина.
Теперь мы видим хромую утка на обе ноги (Сенат + Палата). Поражение он признал, сказал, что демократы «хорошо поработали», и заявил о готовности с ними сотрудничать. Но и про своё право вето забывать не намерен. Так что следующие два года Вашингтон будет жить по принципу взаимной блокировки, с расследованиями, слушаниями, угрозой шатдаунов и вето на неугодные законы.
Но Трамп, по крайней мере на словах, намерен договариваться, и первая проверка ждёт нас уже 11 декабря, когда истекает временное финансирование правительства. Тем временем вероятность импичмента президента на Kalshi после выборов выросла с 70% до 76,6%. Правда, для отстранения от должности нужно 67 голосов в Сенате, которых у демократов пока нет.
Фондовый рынок в основном отреагировал на эти события ростом. 4 ноября Dow прибавил 3%, или 1 569 пунктов, до 53 356, S&P 500 — 1,6%, Nasdaq — 1,4%. Рынки вообще любят разделённую власть: меньше резких законов — меньше сюрпризов. Однако этот рост сопровождался продолжением перетока капитала, который мы наблюдаем последние два месяца. Исход выборов во многом был предсказуем задолго до голосования, и рынок начал готовиться к нему заранее, так что сейчас мы видим лишь финальные штрихи, подтверждающие перемены с приходом демократов к власти в Конгрессе. Первый же торговый день после выборов показал, куда идут деньги: финансовый сектор вырос на 3,5%, потребительский — на 4,3%, здравоохранение — на 3%. Microsoft прибавил 6,7%, Amazon — 6,1%, Apple — 5,3% и обновил исторический максимум. А в это же время индекс полупроводников упал на 3,1%, до минимума за полгода. Nvidia потеряла 3,2%, Micron — 7%, Sandisk — почти 8%, Vistra — почти 14%, Comfort Systems — 15%, GE Vernova — 9,3%, CoreWeave — почти 10%, IREN — 11%. В Токио Nikkei в моменте терял больше 3%, SoftBank — 7%.
Больше всех пострадали продавцы «лопат». Почему? Акции ИИ-стройки продолжают падать, и с уверенной победой демократов в Конгрессе опасений стало ещё больше. Дело в том, что американцы голосовали не только за конгрессменов, но и по самим дата-центрам: местные референдумы прошли примерно в 40 населённых пунктах в 13 штатах. Голосовали за запреты и моратории, по конкретным проектам и даже за отзыв мэров, которые эту стройку поддерживали. Почти везде победили противники. Главный удар — Техас, на который, по оценке Jefferies, приходится около четверти всех запланированных в США мощностей дата-центров. Новый губернатор Хинохоса обещает мораторий на одобрение новых дата-центров, пока законодатели штата не примут защитные законы. По оценке Jefferies, под угрозой 13,3 ГВт заявленных проектов. Добавьте сюда страх ужесточения регулирования ИИ — и вы получите распродажу всего, что продаёт этой стройке лопаты: электричество, охлаждение, память, площадки.
Но почему тогда выросли Microsoft и Amazon, которые эти дата-центры и строят? Это ровно то, о чём я писал в прошлой статье: рынок теперь оценивает ИИ не по выручке, а по свободному денежному потоку. У Alphabet он в последнем квартале ушёл в минус на $9 млрд, у Amazon за 12 месяцев — на $42,4 млрд. Поэтому тормоз на стройке для тех, кто за неё платит, — не угроза, а подарок: меньше капзатрат — больше денег акционерам. Проигрывают те, кто на этих капзатратах зарабатывает.
При этом я бы не путал торможение с остановкой. Губернатор не может сам отменить налоговые льготы или расширить полномочия округов без законодательного собрания, а общештатный мораторий может столкнуться с исками в судах. Хинохоса вступает в должность только 19 января, а одобрения в Техасе и так на паузе с августа: их ещё при Абботте заморозили на время аудита энергосистемы. По отраслевым оценкам, около 38 ГВт мощностей всё равно должны заработать к 2027 году, а OpenAI и Anthropic уже ищут площадки поменьше, по 20–30 МВт. Стройка не исчезнет — она станет дороже, медленнее и переедет туда, где ей рады.
Теперь о золоте и облигациях. Золото 4 ноября подорожало на 3,3%, примерно до $4 070, — лучший день с 19 августа, серебро прибавило около 5%. Доходность десятилеток снизилась на 6 б.п., до 4,89%, тридцатилеток — до 5,28%, доллар ослаб. Причин несколько. Первая — фискальная: разделённая власть означает меньше новых расходов. Помните «дивиденд Трампа» по $5 000, о котором я писал в сентябре? Условием было удержать обе палаты, так что эти $1,2 трлн можно вычёркивать. Вторая — нефть: дешёвая нефть снижает инфляционные ожидания. Третья — рост экономики: если ИИ-стройка, которая два года тащила ВВП, замедлится, ставки должны быть ниже. Облигации, как я и ожидал, стали явными победителями. И обратите внимание: в прошлой статье я писал, что денег в системе не хватает, чтобы покупать одновременно и облигации, и золото. 4 ноября они выросли вместе. Плюс спрос на драгметаллы подпитывают центробанки: по данным WGC, в сентябре они купили 61 тонну золота — максимум с начала года, больше всех купили Польша и Китай. Однако с ФРС ситуация пока не изменилась: FedWatch всё ещё даёт около 82% на повышение ставки 9 декабря, и это пока главное ограничение.
И всё же стоит отметить, что главная причина таких движений на рынке пока — нефть. Опасения, что удары по Ирану возобновятся, утихли, да и сам Трамп заявил, что пока не собирается этого делать. В итоге Brent 4 ноября упала на 8,7%, до $94,62, — минимум с конца августа, хотя ещё в прошлую пятницу торговалась у $118. WTI подешевела на 8,3%, до $88,12. Рынок постепенно начал закладывать конец войны.
Главной причиной, по которой Трампу придётся сматывать удочки, станут деньги. После 3 января, когда соберётся новый Конгресс, их ему просто никто не даст. До этого у республиканцев остаётся сессия «хромой утки», и именно на неё, по данным американской прессы, отложили около $45 млрд на войну с Ираном. Формально обе палаты пока республиканские.
Но для расходного закона в Сенате нужно 60 голосов, то есть голоса демократов, если только республиканцы не пойдут через бюджетную процедуру, где хватает простого большинства. А после того как сам Вэнс назвал войну причиной поражения, желающих голосовать за неё заметно поубавилось. С 3 января кошелёк окончательно у демократов. Им даже не нужно преодолевать вето: чтобы денег не было, достаточно их просто не выделить. Сенатор Кунс, между прочим, уже провёл черту: восполнять запасы вооружений — да, оплачивать операции, которые затягивают войну, — нет. Однако вероятность короткого удара всё же остаётся: его можно нанести из текущего бюджета Пентагона, так что расслабляться до 3 января не стоит.
И теперь самое важное — что делать с компаниями, о которых я писал весь этот год. Чтобы не реагировать на каждый красный день, я бы прогнал каждую через три вопроса. Зависит ли её выручка от темпа стройки дата-центров именно в США? Зависит ли она от новых федеральных денег — оборонного бюджета, субсидий? И третий, самый важный: может ли Конгресс что-то у неё отнять? Ответ на него чаще всего «нет».
Демократы могут блокировать новое, но не могут отменить действующие законы без подписи Трампа. Налоговые нормы закона 2025 года, госдоли в компаниях, уже подписанные контракты — всё это заморожено на два года. Меняются новые расходы и местные разрешения. Давайте пройдёмся по основным кейсам из нашего списка.
Amazon. Рынок уже дал ответ: плюс 6,1% в день распродажи ИИ-стройки. В последнем квартале AWS вырос на 39%, быстрее всего почти за пять лет, а вот свободный денежный поток за 12 месяцев ушёл в минус на $42,4 млрд при капзатратах около $220 млрд в этом году. Amazon — тот, кто за стройку платит, а не тот, кто на ней зарабатывает. Если губернаторы и местные жители заставят его строить медленнее, денежный поток восстановится быстрее. Риск в другом: AWS растёт ровно настолько, насколько успевает вводить мощности, так что затяжная война с местными властями может притормозить рост облака. Но это вопрос темпа, а не модели. Положение Amazon не ухудшилось, скорее наоборот.
Micron. Минус 7% на эмоциях, но посмотрите на цифры. Выручка за последний квартал — $54,2 млрд, почти в пять раз больше, чем год назад, валовая маржа — 87%, а прогноз на текущий квартал — $61,5 млрд. Память покупают гиперскейлеры по всему миру, а не только техасские стройки, и компания работает по долгосрочным стратегическим соглашениям с клиентами. К тому же фабрики Micron в США строятся при поддержке CHIPS Act, который демократы сами и принимали. Но честно скажу: память — самое цикличное звено цепочки. Если в 2027 году гиперскейлеры урежут рост капзатрат, первыми это почувствуют цены на память. Так что фундамент пока не изменился, а риск — в оценке и в цикле, и он был и до выборов.
Coherent. Вот и первая проверка тезиса из прошлой статьи. Вечером 4 ноября компания отчиталась: выручка — $2,37 млрд, плюс 50% за год, сегмент дата-центров и связи вырос на 79%, до $1,95 млрд. Прогноз на текущий квартал — $2,55–2,75 млрд, а первый квартал с выручкой $3 млрд компания ждёт уже к концу финансового года. Акции на постмаркете прибавили около 4%, а Northland повысил рейтинг до «выше рынка» с целью $280. Причина — дефицит производителей лазеров на фосфиде индия после сделки Marvell и Lumentum, то есть ровно то, о чём я писал неделю назад. Оптику покупают для ИИ-кластеров по всему миру, и выборы этого не меняют.
Marvell. Здесь важно, кто клиенты: гиперскейлеры, для которых он делает заказные ИИ-чипы. А их акции, как мы видим, на выборах выросли. Более того, если денег на стройку станет меньше, каждый доллар будут считать внимательнее, а заказной чип, как правило, обходится гиперскейлеру дешевле покупных GPU. Сделку с Lumentum проверяет не Конгресс, а регуляторы, и закрыть её рассчитывают в первом полугодии 2028 года. Мой подход из прошлой статьи в силе: дождаться, пока схлынет арбитражное давление.
GE Vernova. Минус 9,3% — один из самых болезненных ударов среди моих имён. Но в третьем квартале заказы выросли на 96%, до $29 млрд, портфель достиг $197 млрд и к концу года должен превысить $200 млрд, а прогноз по свободному денежному потоку на год подняли до $16–17 млрд. Газовые турбины расписаны на 122 ГВт. Правда, 58 из них пока бронь, а не твёрдые заказы, и вот тут техасский мораторий может что-то отнять. Но газ — только часть истории. Сети, трансформаторы и компания Trench, которую GEV покупает за $9 млрд, — это модернизация энергосистемы, которую демократы поддерживают куда охотнее, чем дата-центры. Как и ветер, который при Трампе был в опале. «Продавец лопат всего энергоперехода», как я называл GEV, от смены Конгресса не перестаёт им быть.
Caterpillar. Связь с дата-центрами у него прямая: продажи генерирующего оборудования в третьем квартале выросли на 30% именно благодаря им, и компания расширяет выпуск крупных двигателей и турбин. Но это лишь часть бизнеса. Общая выручка — рекордные $20,7 млрд, портфель заказов — $78 млрд, почти вдвое больше, чем год назад. А строительная техника и инфраструктура — традиционная тема, которую демократы поддерживают. Темп роста в генерации может замедлиться, но положение компании от этого не меняется.
Centrus (LEU). Атом в США — редкая тема, которую поддерживают обе партии: закон ADVANCE о развитии атомной энергетики и запрет на импорт российского урана принимали голосами и республиканцев, и демократов. Так что сама смена Конгресса Centrus не вредит. Проблемы у компании свои: акции ещё до отчёта упали примерно вдвое от пика, а в третьем квартале прибыль составила 19 центов на акцию при ожиданиях 36. Зато портфель заказов — $4,5 млрд, а под расширение обогатительных мощностей в Пайктоне есть заказ Минэнерго на $900 млн. Здесь вопрос не в политике, а в исполнении, и декабрьский день инвесторов покажет, получится ли ускорить запуск.
NextEra (NEE). Бенефициар выборов: акции росли, пока техи падали. Крупнейший в мире девелопер ВИЭ получает Конгресс, который не даст и дальше урезать поддержку зелёной энергетики. Плюс падающие доходности: для коммунальных компаний это почти как снижение ставки. Сделка по покупке Dominion ещё ждёт одобрения регуляторов, но логика «крупнейшей коммунальной компании мира», о которой я писал, остаётся.
First Solar (FSLR). Плюс 4,6%, при том что незадолго до выборов компания отчиталась слабо: выручка в третьем квартале упала на 23%, прогноз на год снизили. Но рынок смотрит дальше. Портфель заказов — 44 ГВт, примерно $13,5 млрд, с поставками до 2030 года, августовские пошлины по разделу 232 защищают американских производителей, а к 2027 году почти 80% мощностей компании будет в США. Демократический Конгресс лишь добавляет уверенности, что поддержку внутреннего производства никто не тронет. Плюс $500 млн на выкуп акций.
MP Materials. Редкоземельные металлы — тема национальной безопасности и противостояния с Китаем, и здесь у двух партий консенсус. Пентагон — крупнейший акционер компании и гарантирует минимальную цену $110 за килограмм NdPr на 10 лет, и отменить эти контракты Конгресс не может. Демократы могут устроить слушания по госдолям Трампа в частных компаниях, но не более того. Положение не изменилось.
Taseko (TGB). Медь — металл всей электрификации: сетей, ВИЭ, электромобилей, а не только дата-центров. Если стройка дата-центров замедлится, это срежет лишь часть спроса, а сети и ВИЭ, которые демократы поддерживают, требуют меди куда больше. Florence Copper в Аризоне в третьем квартале вышла на коммерческое производство, хоть расширение скважин и отстаёт от графика примерно на три месяца, а прогноз по Gibraltar на год подняли до 115–120 млн фунтов. Главный тезис моего разбора — себестоимость Florence в нижних 10% мировой кривой затрат — от выборов не зависит.
Lockheed Martin. Здесь падение на 6,9% отчасти оправдано. Рынок закладывал, что республиканский Конгресс легко пропустит запрос Трампа на оборонный бюджет в $1,5 трлн. Теперь этого не будет, и премию за лучший сценарий убрали. Но ядро бизнеса никуда не девается: запасы ракет после войны с Ираном придётся восполнять, и, как мы видели, даже демократы отделяют пополнение арсеналов от финансирования войны. Плюс спрос Европы и Азии. Это переоценка роста, а не сломанный тезис.
Honeywell. После выделения авиакосмического бизнеса в конце июня HON — это прежде всего автоматизация зданий и промышленности. От выборов она почти не зависит: автоматизация нужна и заводам, которые возвращаются в США, и любым зданиям, а не только дата-центрам. Авиакосмос теперь торгуется отдельно, и его высокомаржинальное послепродажное обслуживание держится не только на оборонном бюджете, но и на гражданской авиации.
Salesforce. Это не стройка, а пользователь ИИ, и выборы его почти не касаются. Его проблема другая: с начала года акции потеряли около трети на страхе, что ИИ-агенты съедят классический софт. Парадокс в том, что более жёсткое регулирование ИИ, которого боится рынок, скорее поможет крупным действующим игрокам с доступом к корпоративным данным клиентов, чем молодым ИИ-компаниям. Положение не изменилось, а настроения вокруг софта и так подавлены.
Кто проигрывает по-настоящему? Те, чей бизнес и есть стройка в конкретных штатах: облачные провайдеры вроде CoreWeave и IREN, бывшие майнеры, переделавшие площадки под ИИ, — Hut 8 упал на 23%, — техасские генерирующие компании вроде Vistra и подрядчики вроде Comfort Systems. И отдельно — всё, что связано лично с Трампом и Маском: Trump Media упала на 24,5%, Tesla и SpaceX — на 3–4%, потому что под вопросом их возможное слияние.
А кто может стать новыми бенефициарами?
Первое — всё, что выигрывает от дешёвой нефти: потребительский сектор уже прибавил 4,3%.
Второе — защитные активы: длинные облигации, золото и золотодобытчики.
Третье — чистая энергетика: солнечный ETF Invesco вырос почти на 6%.
Четвёртое — больницы и страховщики, потому что демократы будут добиваться уступок по субсидиям Obamacare в бюджетных переговорах.
Пятое — Apple, который обновил исторический максимум: это ставка на ИИ в кармане, а не в дата-центре.
И отдельно — сети и коммунальные компании: электричество нужно в любом случае, а вот к дата-центрам в Техасе теперь будут вопросы.
Нужно понимать, что рынок сейчас продаёт не ИИ, а ИИ-стройку любой ценой. Деньги уходят от тех, кто продаёт лопаты для дата-центров в конкретных штатах, к тем, кто зарабатывает на ИИ и электрификации в целом, и к тем, кто за эту стройку платит. Для большинства компаний из моих разборов выборы ничего принципиально не изменили, а резкие просадки в качественных именах — скорее возможность, чем повод для паники. Но торопиться не стоит: часть средств лучше держать в кэше на случай значительных распродаж. Впереди 9 декабря — ФРС, которая всё ещё может поднять ставку, 11 декабря — риск шатдауна, 3 января — новый Конгресс и 19 января — инаугурация Хинохосы.
И главное — два месяца, за которые Трамп ещё может ударить по Ирану. Так что следим за нефтью: пока она дешевеет, доходности снижаются, а это хороший сигнал для всего рынка.
Демократы, как мы видим, забрали обе палаты Конгресса, причём с большим запасом. На 4 ноября, по данным AP, в Сенате у них 54 места против 44 у республиканцев, ещё два штата досчитывают. В Палате представителей демократы уже выиграли 228 округов и лидируют ещё в 34. Демократ впервые с 1932 года прошёл в Сенат от Канзаса, сенатскую гонку выиграл демократ даже в Техасе, а губернатором Техаса избрана Джина Хинохоса — первый демократ на этом посту за 36 лет. По экзитполам, около 60% избирателей не одобряют работу президента.
Вэнс прямо написал, что причина поражения — война с Ираном, а сам Трамп объяснил всё ценой бензина.
Теперь мы видим хромую утка на обе ноги (Сенат + Палата). Поражение он признал, сказал, что демократы «хорошо поработали», и заявил о готовности с ними сотрудничать. Но и про своё право вето забывать не намерен. Так что следующие два года Вашингтон будет жить по принципу взаимной блокировки, с расследованиями, слушаниями, угрозой шатдаунов и вето на неугодные законы.
Но Трамп, по крайней мере на словах, намерен договариваться, и первая проверка ждёт нас уже 11 декабря, когда истекает временное финансирование правительства. Тем временем вероятность импичмента президента на Kalshi после выборов выросла с 70% до 76,6%. Правда, для отстранения от должности нужно 67 голосов в Сенате, которых у демократов пока нет.
Фондовый рынок в основном отреагировал на эти события ростом. 4 ноября Dow прибавил 3%, или 1 569 пунктов, до 53 356, S&P 500 — 1,6%, Nasdaq — 1,4%. Рынки вообще любят разделённую власть: меньше резких законов — меньше сюрпризов. Однако этот рост сопровождался продолжением перетока капитала, который мы наблюдаем последние два месяца. Исход выборов во многом был предсказуем задолго до голосования, и рынок начал готовиться к нему заранее, так что сейчас мы видим лишь финальные штрихи, подтверждающие перемены с приходом демократов к власти в Конгрессе. Первый же торговый день после выборов показал, куда идут деньги: финансовый сектор вырос на 3,5%, потребительский — на 4,3%, здравоохранение — на 3%. Microsoft прибавил 6,7%, Amazon — 6,1%, Apple — 5,3% и обновил исторический максимум. А в это же время индекс полупроводников упал на 3,1%, до минимума за полгода. Nvidia потеряла 3,2%, Micron — 7%, Sandisk — почти 8%, Vistra — почти 14%, Comfort Systems — 15%, GE Vernova — 9,3%, CoreWeave — почти 10%, IREN — 11%. В Токио Nikkei в моменте терял больше 3%, SoftBank — 7%.
Больше всех пострадали продавцы «лопат». Почему? Акции ИИ-стройки продолжают падать, и с уверенной победой демократов в Конгрессе опасений стало ещё больше. Дело в том, что американцы голосовали не только за конгрессменов, но и по самим дата-центрам: местные референдумы прошли примерно в 40 населённых пунктах в 13 штатах. Голосовали за запреты и моратории, по конкретным проектам и даже за отзыв мэров, которые эту стройку поддерживали. Почти везде победили противники. Главный удар — Техас, на который, по оценке Jefferies, приходится около четверти всех запланированных в США мощностей дата-центров. Новый губернатор Хинохоса обещает мораторий на одобрение новых дата-центров, пока законодатели штата не примут защитные законы. По оценке Jefferies, под угрозой 13,3 ГВт заявленных проектов. Добавьте сюда страх ужесточения регулирования ИИ — и вы получите распродажу всего, что продаёт этой стройке лопаты: электричество, охлаждение, память, площадки.
Но почему тогда выросли Microsoft и Amazon, которые эти дата-центры и строят? Это ровно то, о чём я писал в прошлой статье: рынок теперь оценивает ИИ не по выручке, а по свободному денежному потоку. У Alphabet он в последнем квартале ушёл в минус на $9 млрд, у Amazon за 12 месяцев — на $42,4 млрд. Поэтому тормоз на стройке для тех, кто за неё платит, — не угроза, а подарок: меньше капзатрат — больше денег акционерам. Проигрывают те, кто на этих капзатратах зарабатывает.
При этом я бы не путал торможение с остановкой. Губернатор не может сам отменить налоговые льготы или расширить полномочия округов без законодательного собрания, а общештатный мораторий может столкнуться с исками в судах. Хинохоса вступает в должность только 19 января, а одобрения в Техасе и так на паузе с августа: их ещё при Абботте заморозили на время аудита энергосистемы. По отраслевым оценкам, около 38 ГВт мощностей всё равно должны заработать к 2027 году, а OpenAI и Anthropic уже ищут площадки поменьше, по 20–30 МВт. Стройка не исчезнет — она станет дороже, медленнее и переедет туда, где ей рады.
Теперь о золоте и облигациях. Золото 4 ноября подорожало на 3,3%, примерно до $4 070, — лучший день с 19 августа, серебро прибавило около 5%. Доходность десятилеток снизилась на 6 б.п., до 4,89%, тридцатилеток — до 5,28%, доллар ослаб. Причин несколько. Первая — фискальная: разделённая власть означает меньше новых расходов. Помните «дивиденд Трампа» по $5 000, о котором я писал в сентябре? Условием было удержать обе палаты, так что эти $1,2 трлн можно вычёркивать. Вторая — нефть: дешёвая нефть снижает инфляционные ожидания. Третья — рост экономики: если ИИ-стройка, которая два года тащила ВВП, замедлится, ставки должны быть ниже. Облигации, как я и ожидал, стали явными победителями. И обратите внимание: в прошлой статье я писал, что денег в системе не хватает, чтобы покупать одновременно и облигации, и золото. 4 ноября они выросли вместе. Плюс спрос на драгметаллы подпитывают центробанки: по данным WGC, в сентябре они купили 61 тонну золота — максимум с начала года, больше всех купили Польша и Китай. Однако с ФРС ситуация пока не изменилась: FedWatch всё ещё даёт около 82% на повышение ставки 9 декабря, и это пока главное ограничение.
И всё же стоит отметить, что главная причина таких движений на рынке пока — нефть. Опасения, что удары по Ирану возобновятся, утихли, да и сам Трамп заявил, что пока не собирается этого делать. В итоге Brent 4 ноября упала на 8,7%, до $94,62, — минимум с конца августа, хотя ещё в прошлую пятницу торговалась у $118. WTI подешевела на 8,3%, до $88,12. Рынок постепенно начал закладывать конец войны.
Главной причиной, по которой Трампу придётся сматывать удочки, станут деньги. После 3 января, когда соберётся новый Конгресс, их ему просто никто не даст. До этого у республиканцев остаётся сессия «хромой утки», и именно на неё, по данным американской прессы, отложили около $45 млрд на войну с Ираном. Формально обе палаты пока республиканские.
Но для расходного закона в Сенате нужно 60 голосов, то есть голоса демократов, если только республиканцы не пойдут через бюджетную процедуру, где хватает простого большинства. А после того как сам Вэнс назвал войну причиной поражения, желающих голосовать за неё заметно поубавилось. С 3 января кошелёк окончательно у демократов. Им даже не нужно преодолевать вето: чтобы денег не было, достаточно их просто не выделить. Сенатор Кунс, между прочим, уже провёл черту: восполнять запасы вооружений — да, оплачивать операции, которые затягивают войну, — нет. Однако вероятность короткого удара всё же остаётся: его можно нанести из текущего бюджета Пентагона, так что расслабляться до 3 января не стоит.
И теперь самое важное — что делать с компаниями, о которых я писал весь этот год. Чтобы не реагировать на каждый красный день, я бы прогнал каждую через три вопроса. Зависит ли её выручка от темпа стройки дата-центров именно в США? Зависит ли она от новых федеральных денег — оборонного бюджета, субсидий? И третий, самый важный: может ли Конгресс что-то у неё отнять? Ответ на него чаще всего «нет».
Демократы могут блокировать новое, но не могут отменить действующие законы без подписи Трампа. Налоговые нормы закона 2025 года, госдоли в компаниях, уже подписанные контракты — всё это заморожено на два года. Меняются новые расходы и местные разрешения. Давайте пройдёмся по основным кейсам из нашего списка.
Amazon. Рынок уже дал ответ: плюс 6,1% в день распродажи ИИ-стройки. В последнем квартале AWS вырос на 39%, быстрее всего почти за пять лет, а вот свободный денежный поток за 12 месяцев ушёл в минус на $42,4 млрд при капзатратах около $220 млрд в этом году. Amazon — тот, кто за стройку платит, а не тот, кто на ней зарабатывает. Если губернаторы и местные жители заставят его строить медленнее, денежный поток восстановится быстрее. Риск в другом: AWS растёт ровно настолько, насколько успевает вводить мощности, так что затяжная война с местными властями может притормозить рост облака. Но это вопрос темпа, а не модели. Положение Amazon не ухудшилось, скорее наоборот.
Micron. Минус 7% на эмоциях, но посмотрите на цифры. Выручка за последний квартал — $54,2 млрд, почти в пять раз больше, чем год назад, валовая маржа — 87%, а прогноз на текущий квартал — $61,5 млрд. Память покупают гиперскейлеры по всему миру, а не только техасские стройки, и компания работает по долгосрочным стратегическим соглашениям с клиентами. К тому же фабрики Micron в США строятся при поддержке CHIPS Act, который демократы сами и принимали. Но честно скажу: память — самое цикличное звено цепочки. Если в 2027 году гиперскейлеры урежут рост капзатрат, первыми это почувствуют цены на память. Так что фундамент пока не изменился, а риск — в оценке и в цикле, и он был и до выборов.
Coherent. Вот и первая проверка тезиса из прошлой статьи. Вечером 4 ноября компания отчиталась: выручка — $2,37 млрд, плюс 50% за год, сегмент дата-центров и связи вырос на 79%, до $1,95 млрд. Прогноз на текущий квартал — $2,55–2,75 млрд, а первый квартал с выручкой $3 млрд компания ждёт уже к концу финансового года. Акции на постмаркете прибавили около 4%, а Northland повысил рейтинг до «выше рынка» с целью $280. Причина — дефицит производителей лазеров на фосфиде индия после сделки Marvell и Lumentum, то есть ровно то, о чём я писал неделю назад. Оптику покупают для ИИ-кластеров по всему миру, и выборы этого не меняют.
Marvell. Здесь важно, кто клиенты: гиперскейлеры, для которых он делает заказные ИИ-чипы. А их акции, как мы видим, на выборах выросли. Более того, если денег на стройку станет меньше, каждый доллар будут считать внимательнее, а заказной чип, как правило, обходится гиперскейлеру дешевле покупных GPU. Сделку с Lumentum проверяет не Конгресс, а регуляторы, и закрыть её рассчитывают в первом полугодии 2028 года. Мой подход из прошлой статьи в силе: дождаться, пока схлынет арбитражное давление.
GE Vernova. Минус 9,3% — один из самых болезненных ударов среди моих имён. Но в третьем квартале заказы выросли на 96%, до $29 млрд, портфель достиг $197 млрд и к концу года должен превысить $200 млрд, а прогноз по свободному денежному потоку на год подняли до $16–17 млрд. Газовые турбины расписаны на 122 ГВт. Правда, 58 из них пока бронь, а не твёрдые заказы, и вот тут техасский мораторий может что-то отнять. Но газ — только часть истории. Сети, трансформаторы и компания Trench, которую GEV покупает за $9 млрд, — это модернизация энергосистемы, которую демократы поддерживают куда охотнее, чем дата-центры. Как и ветер, который при Трампе был в опале. «Продавец лопат всего энергоперехода», как я называл GEV, от смены Конгресса не перестаёт им быть.
Caterpillar. Связь с дата-центрами у него прямая: продажи генерирующего оборудования в третьем квартале выросли на 30% именно благодаря им, и компания расширяет выпуск крупных двигателей и турбин. Но это лишь часть бизнеса. Общая выручка — рекордные $20,7 млрд, портфель заказов — $78 млрд, почти вдвое больше, чем год назад. А строительная техника и инфраструктура — традиционная тема, которую демократы поддерживают. Темп роста в генерации может замедлиться, но положение компании от этого не меняется.
Centrus (LEU). Атом в США — редкая тема, которую поддерживают обе партии: закон ADVANCE о развитии атомной энергетики и запрет на импорт российского урана принимали голосами и республиканцев, и демократов. Так что сама смена Конгресса Centrus не вредит. Проблемы у компании свои: акции ещё до отчёта упали примерно вдвое от пика, а в третьем квартале прибыль составила 19 центов на акцию при ожиданиях 36. Зато портфель заказов — $4,5 млрд, а под расширение обогатительных мощностей в Пайктоне есть заказ Минэнерго на $900 млн. Здесь вопрос не в политике, а в исполнении, и декабрьский день инвесторов покажет, получится ли ускорить запуск.
NextEra (NEE). Бенефициар выборов: акции росли, пока техи падали. Крупнейший в мире девелопер ВИЭ получает Конгресс, который не даст и дальше урезать поддержку зелёной энергетики. Плюс падающие доходности: для коммунальных компаний это почти как снижение ставки. Сделка по покупке Dominion ещё ждёт одобрения регуляторов, но логика «крупнейшей коммунальной компании мира», о которой я писал, остаётся.
First Solar (FSLR). Плюс 4,6%, при том что незадолго до выборов компания отчиталась слабо: выручка в третьем квартале упала на 23%, прогноз на год снизили. Но рынок смотрит дальше. Портфель заказов — 44 ГВт, примерно $13,5 млрд, с поставками до 2030 года, августовские пошлины по разделу 232 защищают американских производителей, а к 2027 году почти 80% мощностей компании будет в США. Демократический Конгресс лишь добавляет уверенности, что поддержку внутреннего производства никто не тронет. Плюс $500 млн на выкуп акций.
MP Materials. Редкоземельные металлы — тема национальной безопасности и противостояния с Китаем, и здесь у двух партий консенсус. Пентагон — крупнейший акционер компании и гарантирует минимальную цену $110 за килограмм NdPr на 10 лет, и отменить эти контракты Конгресс не может. Демократы могут устроить слушания по госдолям Трампа в частных компаниях, но не более того. Положение не изменилось.
Taseko (TGB). Медь — металл всей электрификации: сетей, ВИЭ, электромобилей, а не только дата-центров. Если стройка дата-центров замедлится, это срежет лишь часть спроса, а сети и ВИЭ, которые демократы поддерживают, требуют меди куда больше. Florence Copper в Аризоне в третьем квартале вышла на коммерческое производство, хоть расширение скважин и отстаёт от графика примерно на три месяца, а прогноз по Gibraltar на год подняли до 115–120 млн фунтов. Главный тезис моего разбора — себестоимость Florence в нижних 10% мировой кривой затрат — от выборов не зависит.
Lockheed Martin. Здесь падение на 6,9% отчасти оправдано. Рынок закладывал, что республиканский Конгресс легко пропустит запрос Трампа на оборонный бюджет в $1,5 трлн. Теперь этого не будет, и премию за лучший сценарий убрали. Но ядро бизнеса никуда не девается: запасы ракет после войны с Ираном придётся восполнять, и, как мы видели, даже демократы отделяют пополнение арсеналов от финансирования войны. Плюс спрос Европы и Азии. Это переоценка роста, а не сломанный тезис.
Honeywell. После выделения авиакосмического бизнеса в конце июня HON — это прежде всего автоматизация зданий и промышленности. От выборов она почти не зависит: автоматизация нужна и заводам, которые возвращаются в США, и любым зданиям, а не только дата-центрам. Авиакосмос теперь торгуется отдельно, и его высокомаржинальное послепродажное обслуживание держится не только на оборонном бюджете, но и на гражданской авиации.
Salesforce. Это не стройка, а пользователь ИИ, и выборы его почти не касаются. Его проблема другая: с начала года акции потеряли около трети на страхе, что ИИ-агенты съедят классический софт. Парадокс в том, что более жёсткое регулирование ИИ, которого боится рынок, скорее поможет крупным действующим игрокам с доступом к корпоративным данным клиентов, чем молодым ИИ-компаниям. Положение не изменилось, а настроения вокруг софта и так подавлены.
Кто проигрывает по-настоящему? Те, чей бизнес и есть стройка в конкретных штатах: облачные провайдеры вроде CoreWeave и IREN, бывшие майнеры, переделавшие площадки под ИИ, — Hut 8 упал на 23%, — техасские генерирующие компании вроде Vistra и подрядчики вроде Comfort Systems. И отдельно — всё, что связано лично с Трампом и Маском: Trump Media упала на 24,5%, Tesla и SpaceX — на 3–4%, потому что под вопросом их возможное слияние.
А кто может стать новыми бенефициарами?
Первое — всё, что выигрывает от дешёвой нефти: потребительский сектор уже прибавил 4,3%.
Второе — защитные активы: длинные облигации, золото и золотодобытчики.
Третье — чистая энергетика: солнечный ETF Invesco вырос почти на 6%.
Четвёртое — больницы и страховщики, потому что демократы будут добиваться уступок по субсидиям Obamacare в бюджетных переговорах.
Пятое — Apple, который обновил исторический максимум: это ставка на ИИ в кармане, а не в дата-центре.
И отдельно — сети и коммунальные компании: электричество нужно в любом случае, а вот к дата-центрам в Техасе теперь будут вопросы.
Нужно понимать, что рынок сейчас продаёт не ИИ, а ИИ-стройку любой ценой. Деньги уходят от тех, кто продаёт лопаты для дата-центров в конкретных штатах, к тем, кто зарабатывает на ИИ и электрификации в целом, и к тем, кто за эту стройку платит. Для большинства компаний из моих разборов выборы ничего принципиально не изменили, а резкие просадки в качественных именах — скорее возможность, чем повод для паники. Но торопиться не стоит: часть средств лучше держать в кэше на случай значительных распродаж. Впереди 9 декабря — ФРС, которая всё ещё может поднять ставку, 11 декабря — риск шатдауна, 3 января — новый Конгресс и 19 января — инаугурация Хинохосы.
И главное — два месяца, за которые Трамп ещё может ударить по Ирану. Так что следим за нефтью: пока она дешевеет, доходности снижаются, а это хороший сигнал для всего рынка.
