Почему больший экран iPhone не решит проблемы Apple
Источник автор
Доходность 10-летних казначейских облигаций США сегодня находится около 4,8%, а реальная доходность 10-летних TIPS — примерно 2,4%.
Для инвестора это выглядит привлекательно: почти 5% в долларах от правительства США, причём значительная часть доходности остаётся даже после поправки на инфляционные ожидания.
Но здесь возникает парадокс.
Если облигации снова так хорошо платят, почему инвесторы всё чаще сомневаются в их способности защищать портфель во время падения акций?
Ответ в том, что доход и защита — не одно и то же.
Почему 60/40 вообще работал
Классический портфель 60/40 строится просто: 60% капитала — в акциях, 40% — в облигациях.
Акции дают рост. Облигации должны смягчать падение рынка.
Долгое время эта схема работала почти идеально.
Когда экономика замедлялась, инфляция снижалась, ФРС могла понижать ставки. Доходности облигаций падали, их цены росли.
Получалось: акции падают — облигации дорожают.
Но облигации защищали не потому, что обязаны расти при любом кризисе.
Они защищали потому, что тип кризиса позволял ставкам снижаться.
Именно это изменилось.
2022 год показал слабое место
В 2022 году классический портфель 60/40 потерял около 17,5%, показав худший результат с 1937 года.
Причина была проста: инфляционный шок.
ФРС резко повышала ставки. Доходности росли, цены облигаций падали. Одновременно более высокая стоимость денег ударила по акциям.
Один фактор давил сразу на оба актива.
Это не означало смерть 60/40.
Это показало другое: облигации хорошо защищают от дефляционной рецессии, но гораздо хуже — от инфляционного шока.
Следующий кризис может быть другим
Представим классическую рецессию.
Потребление падает. Безработица растёт. Инфляция снижается. ФРС получает возможность агрессивно снижать ставку.
В таком сценарии длинные Treasury снова могут отлично защищать портфель.
Теперь другой вариант.
Экономика замедляется, но инфляция остаётся высокой. Государственный дефицит растёт, Казначейство продолжает активно занимать, а ФРС не может быстро снижать ставки.
Тогда акции могут падать из-за слабой экономики, а длинные облигации — не расти или даже дешеветь.
Одна и та же облигация. Два разных кризиса. Два разных результата.
Вот почему сегодня уже недостаточно просто сказать: «Treasury — защитный актив».
Нужно понимать, от какого риска они защищают.
ФРС контролирует не всю кривую
Есть ещё одна проблема.
ФРС управляет краткосрочной ставкой.
Но доходность 10-летних и 30-летних облигаций зависит не только от неё.
Рынок учитывает:
ожидания по инфляции;
будущую политику ФРС;
экономический рост;
и премию за владение длинным долгом.
А теперь всё большее значение получает ещё один фактор — объём государственных заимствований.
CBO ожидает, что долг США, находящийся у публики, вырастет примерно со 101% ВВП в 2026 году до 120% к 2036-му.
Чистые процентные расходы федерального бюджета за тот же период могут увеличиться примерно с $1 трлн до $2,1 трлн.
Это не история о дефолте США.
Вопрос намного проще:
сколько новых облигаций рынок должен будет поглотить — и какую доходность он потребует за это?
Чем больше предложение долга, тем сложнее предполагать, что длинные доходности автоматически упадут только потому, что ФРС начала снижать ставку.
Почти 5% — это подарок или предупреждение?
Ответ: и то и другое.
Для инвестора высокая доходность — это реальный плюс.
Но рынок платит почти 5% не из щедрости.
Он требует компенсацию за инфляцию, длительный срок, неопределённость политики и растущее предложение долга.
Поэтому привлекательный купон и сильная защитная функция больше нельзя автоматически считать одним и тем же.
Облигация может быть отличным доходным активом — и одновременно слабой страховкой от конкретного типа кризиса.
Значит ли это, что 60/40 умер?
Нет.
Проблема не в самой модели.
Проблема в ожидании, что облигации будут защищать при любой распродаже акций.
Если следующий кризис будет дефляционным, длинные Treasury могут снова показать себя отлично.
Если он окажется инфляционным или фискальным, акции и облигации способны упасть вместе.
Поэтому инвестору важнее не спрашивать: «Работает ли ещё 60/40?»
А понять: какой именно риск должен компенсировать каждый актив в его портфеле.
Что тогда считать защитой?
Универсального актива нет.
Короткие Treasury хорошо сохраняют ликвидность и дают доход, но почти не растут в цене при падении ставок.
Длинные облигации могут сильно вырасти во время глубокой рецессии — но так же чувствительны к росту доходностей.
Золото способно защищать от инфляционной, валютной или фискальной неопределённости, но тоже не обязано расти при каждой распродаже акций.
Поэтому, возможно, устарела не идея облигаций.
Устарела идея одной универсальной страховки.
Облигации не перестали защищать. Защита стала условной
Сегодня Treasury снова стали привлекательным доходным активом.
Но их роль как страховки зависит от того, что станет причиной следующего кризиса.
Дефляционная рецессия — длинные облигации могут снова сработать прекрасно.
Инфляционный или фискальный шок — акции и облигации могут оказаться по одну сторону рынка.
Поэтому главный вопрос для инвестора сегодня звучит не так: «Нужно ли держать облигации?»
А так: если завтра акции упадут на 20%, почему именно они упадут — и какой актив в вашем портфеле должен заработать именно на этой причине?
Если ответа нет, проблема не в облигациях.
Проблема в том, что слово «защита» в портфеле есть, а самого механизма защиты — нет.
