Золото застряло у $4 500: ИИ рассказал, что мешает прорыву
Ещё в конце марта, в итоговом квартальном выпуске на YouTube, комментируя возможную длительность конфликта на Ближнем Востоке, я указывал, что полномочия Трампа вести активную фазу войны с Ираном жёстко ограничены по времени, и эта фаза закончится в конце апреля. И когда сроки действительно подошли, команда Трампа решила не спорить с календарём, а нашла выход в обнулении этого срока, объявив перемирие.
Напомню, закон о военных полномочиях 1973 года даёт президенту 60 дней на любую несанкционированную Конгрессом военную операцию — после этого нужно либо официальное объявление войны, либо отдельное разрешение Конгресса на применение военной силы.
1 мая Трамп пишет лидерам Конгресса письмо, где сообщает, что «боевые действия» с Ираном «прекращены». Как мы понимаем, это не про мир. Это про то, что администрация утверждает: раз боевых действий нет — 60-дневный отсчёт остановлен, а значит и нарушать нечего.
И вот на днях Трамп снова пригрозил Ирану возобновлением боевых действий, сообщив, что отменяет «запланированный на вторник» удар по просьбе лидеров Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ. И оставляет «два-три дня» на сделку, иначе страну ждёт «ещё один большой удар».
И тут вчера, впервые за всё время, Сенат проголосовал против Трампа по иранскому вопросу — 50 к 47. Семь предыдущих попыток демократов до этого проваливались. Резолюция Тима Кейна требует вывести американские войска из боевых действий против Ирана без официального объявления войны или санкции Конгресса. Нужно понимать, что сама по себе резолюция Трампа не остановит — впереди ещё финальное голосование в Сенате, прохождение через Палату представителей и почти гарантированное вето президента. Но появилось кое-что важнее формального закона — трещина в стене. К трём привычным республиканцам-диссидентам (Пол, Коллинз, Мурковски) присоединился четвёртый — Билл Кэссиди. И если первые 3 сенатора просто не явились на заседание, то Кэссиди проголосовал «за» резолюцию. Имел право - буквально на днях проиграл праймериз кандидату, которого поддержал сам Трамп, и теперь досиживает последние месяцы в Сенате. Человеку больше нечего терять и нечего просить у Белого дома. Вспоминаем один из моих любимых сериалов — «Карточный домик» (до последнего сезона). Политические интриги во всей красе.
Однако помимо юридических ограничений существуют ещё как минимум три важных фактора, которые удерживают Трампа от возобновления активных боевых действий с Ираном
Первое. Когда Трамп на этой неделе ссылался на то, что его остановили звонки лидеров Катара, Саудовской Аравии и ОАЭ, — может, это так и было. А может, Трамп просто осознаёт, что если возобновлять боевые действия, то удар должен быть решительным и сокрушительным. Речи конечно не о ядерном оружии. Однако любой удар — по нефтегазовой или энергетической инфраструктуре — получит зеркальный ответ именно по ближайшим соседям Ирана.
Второе. Часы тикают не в пользу Трампа. Пока Ормуз закрыт, а нефть выше $100, бензин дорожает, инфляция — на максимуме за три года. Доходность казначейских облигаций США и государственных облигаций по остальным развитым экономикам мира — Великобритании, Европы, Японии и т.д. — поднялась до максимумов за десятилетия, а в случае с Японией вообще к историческому максимуму. Это долго продолжаться не может: 3-4 месяца такого движения — и мы увидим кризис, на фоне которого 2008-й или 2020-й покажутся цветочками. Кейн, кстати, не зря в своих комментариях к принятой резолюции написал: «впереди День памяти, миллионы американцев садятся за руль и платят за бензин кратно больше, чем год назад». Война, которая делает бензин дорогим перед промежуточными выборами 2026 года — это политический динамит под самим Трампом. Не зря Вэнс на брифинге выкручивался, объясняя, что президент «заботится о ценах на бензин, но в первую очередь думает о победе».
Третье. Здесь важно понимать вектор политической направленности. Само по себе сенатское голосование ничего не решает — впереди финальное голосование, Палата представителей и почти гарантированное вето президента. Однако, пробив Сенат, демократы теперь будут ещё стремительнее подбираться к одобрению резолюции уже на уровне Конгресса в целом. Да, как я писал, упрётся это, скорее всего, в президентское вето. Но дело тут не в том, чтобы провести резолюцию здесь и сейчас — дело в том, что каждый такой шаг ложится на чашу весов. А чаша эта в перспективе ведёт ровно в одну точку — к разговору об импичменте. Особенно если активная фаза с Ираном возобновится, а республиканцы проиграют осенние выборы. Готов ли Трамп идти на эту авантюру с Ираном сейчас, понимая, что у его команды возникают большие сложности с отстаиванием спорных вопросов в судах? Достаточно посмотреть, как рассыпаются в судах его решения по тарифам — то, что Белый дом считал железобетонным, ломается одно за другим.
Итак, с одной стороны — Трамп, который выдал Ирану ультиматум на «два-три дня» и держит флот «заряженным до краёв». С другой — Залив, который не хочет получить удар по своим объектам; экономика США, которая стонет от дорогого бензина; и Сенат, который впервые был сломлен демократами.
Скоро нас ждут очередные выходные, а мы знаем, что Трамп любит вести войну именно по выходным, чтобы финансовые рынки не штормило. Впереди в США будет аж 3 выходных — идеальный момент, вроде бы. Однако, скорее всего, нас ждёт очередной перенос. Стоит вспомнить, что за последние недели Трамп объявлял дедлайны и отступал от них не раз — то «48 часов по Ормузу», то «пять дней», то «по просьбе Пакистана». Поэтому сейчас «два-три дня» — это, скорее всего, очередная переговорная дубина.
Маловероятно, но, учитывая эксцентричность Трампа, возможно — США пойдут на возобновление боевых действий с атакой иранской инфраструктуры, упакованное как «Операция Кувалда», с переименованием из «Операции Эпическая ярость», чтобы перезапустить юридические часы. В этом случае, как и в фазу войны год назад, более активные боевые действия будет вести Израиль, а США — оказывать поддержку. Однако такой расклад почти гарантированно ведёт к зеркальному иранскому ответу по Заливу, новому скачку нефти и новой волне инфляции.
Но возможен ещё один сценарий, к которому я склоняюсь больше. Это «договорняк». Иран в текущей ситуации не сможет открыто объявить о соглашении с США и пойти на сделку. Поэтому сделкой как раз и будет ограниченный, заранее отмеренный удар США по Ирану — ограниченный, столь же показательный ответ Ирана — и выход США из конфликта с сохранением лица. В духе «мы победили, бомбить там больше нечего, цель достигнута». Как вы помните, так и выглядело завершение конфликта год назад. Удар, дозированный ответ, и обе стороны разошлись, объявив о победе.
Можно, конечно, предположить, что Трамп выберет тянуть заморозку и дальше. Ормуз остаётся полузакрытым, перемирие длится бессрочно, сделки нет — но нет и большой войны. Вязкий, но управляемый статус-кво. Проблема только в том, что у этой истории есть жёсткий срок годности, и истекает он в июле. Именно к этому моменту стратегические нефтяные резервы — и в самих США, и в других странах — просядут до критически низких отметок. И это уже не просто обрушит рейтинг Трампа перед важными выборами в Конгресс. Это приведет к полноценному экономическому кризису.
