Танкеры прокладывают новый маршрут через заблокированный Ормузский пролив
Если просто посмотреть на индекс, то мы недалеко от локальных максимумов, и, казалось бы, рынок в порядке. Но все, у кого в портфеле есть что-либо, кроме нефтегаза, заметили довольно сильное падение в марте: упали практически все ликвидные не нефтегазовые акции, кроме Сбера и ВТБ.
Почему рынок такой слабый
Примечательно, что, несмотря на произошедший рост, нефтегаз в целом торгуется слабо относительно ситуации на мировых рынках. Например, после рывка в начале марта нефтяники США продолжили ралли и обновление максимумов, а наши нефтяники падают, причем многие уже на уровнях около 2 марта, когда были ожидания, что конфликт в Иране будет закончен очень быстро. Он действительно может скоро закончиться, но вопрос: почему наши нефтяники торгуются слабо, когда мировые торгуется сильно? Сомневаюсь, что дело в том, что наш рынок лучше прогнозирует мировую политику, проблема в технических факторах – идет постоянный отток денег с рынка акций, что постоянно давит на цены (так как отток = необходимость продавать быстро, а покупателей, желающих срочно купить, не появляется).
Отдельно отмечу тему атак на порты. У нефтегаза есть негатив в виде атак по инфраструктуре — выбытие отгрузок, и это действительно минус для бизнеса. Но даже среднесрочное выбытие части экспортных мощностей не перебивает тот позитив, который есть от текущих высоких цен на нефть. К тому же, не весь нефтегаз одинаково проигрывает от закрытого порта в Усть Луге. Например, «Роснефть» менее чувствительна, однако падает она так же, как более зависимый от порта «Лукойл».
Для остальных не нефтегазовых котировок вообще нет нового негатива от роста цен на нефть — больше денег в бюджет ведет к меньшим рискам новых налогов, меньшему предложению ОФЗ в перспективе, т.е. вводные улучшаются и по экономике, и по потенциальным мультипликаторам. ЦБ мог бы снижать ставку быстрее в случае, если бы не было инфляционного риска от иранской темы, однако наш рынок не закладывал такого позитивного сценария, чтобы реагировать на более медленное снижение ставки сливом по 8-12% в ликвидных акциях.
Подытожим: рынок в марте был слишком слабым с учетом текущих вводных, это не адекватно изменениям фундаментала.
Что делать с портфелем инвестору
Важно: здесь я говорю именно про инвесторов, так как в спекуляциях совершенно другие приоритеты и логика действий. Когда акции компании падают из-за того, что она начала проигрывать конкуренцию или весь сектор попал под какие-то ограничения или произошел прочий негатив, влияющий на компанию долгосрочно, я продаю на падении и меняю эту акцию на другую, кого эти проблемы не затронули и где инвесткейс в силе.
Но мартовское падение не вызвано ухудшением инвесткейсов, поэтому в инвестиционной логике на этом падении ничего делать не нужно. Отдельные компании отчитались сильно – можно их докупить или переложить в них часть долей из других компаний, кто не обрадовал отчетностью. Это рутинная работа инвестора, и текущая волатильность давала возможности сделать некоторые ребалансировки по хорошим ценам, не более того.
Помните, зачем вы покупали акцию, и продавайте, если идея не сработала, но не дергайтесь на краткосрочных обвалах, если вы не спекулянт.
Оригинальную статью читать по этой ссылке.