Рынок труда США — что вообще происходит?

Начало 2026 года показывает крайне противоречивую картину. Разобраться в этом бардаке становится всё сложнее — отсюда и такие разнонаправленные движения на финансовых рынках, как мы увидели вчера. С одной стороны, официальные данные Бюро статистики труда (BLS) сигнализируют о некотором улучшении. С другой — показатели увольнений и вакансий указывают на замедление и нарастающую неопределённость.

Январский отчёт, опубликованный 11 февраля, стал сюрпризом для аналитиков. Цифры оказались лучше ожиданий. Прирост занятости вне сельского хозяйства составил +130 000 рабочих мест — лучший результат более чем за год и заметно выше прогнозов в диапазоне 55–75 тысяч. Уровень безработицы снизился до 4,3% с 4,4% в декабре — ниже ожиданий, хотя всё ещё на 0,3 процентного пункта выше, чем год назад. Число безработных остаётся стабильным — около 7,4 млн человек. Средняя заработная плата выросла на 0,4% за месяц — до 37,17 доллара — и на 3,7% за год, что также выше прогнозов. Уровень участия в рабочей силе не изменился и составил 62,5%. Широкий показатель безработицы снизился до 8,0% с 8,4%.

Но если посмотреть глубже, структура роста настораживает. Основной прирост пришёлся на здравоохранение (+82 000), социальную помощь (+42 000), строительство (+33 000) и профессиональные услуги (+34 000). При этом федеральное правительство потеряло 34 000 рабочих мест, финансовый сектор — 22 000. Фактически экономика всё больше опирается на «защищённые» отрасли, прежде всего здравоохранение, где спрос поддерживается демографией и старением населения.

В это же время мы увидели окончательные данные ревизии за 2025 год, а там просто ужас: итоговый пересмотр данных за 2025 год оказался крайне слабым. Общий прирост занятости снижен на 403 000 — до +181 000. В результате 2025 год стал одним из самых слабых нерецессионных периодов с 2003 года. Если исключить здравоохранение, экономика вообще показала бы сокращение на 129 000 рабочих мест. Эти корректировки подчёркивают систематическое завышение первоначальных оценок, во многом связанное с моделью учёта создания и закрытия компаний.

Дополнительные индикаторы о которых я уже писал, также вызывают тревогу. Январь стал худшим стартом года по объявленным сокращениям с 2009 года: 108 435 увольнений — рост на 118% в годовом выражении и на 205% по сравнению с предыдущим месяцем (отчёт Challenger, Gray & Christmas). Декабрьские данные JOLTS по вакансиям показали снижение до 6,542 млн — минимума с сентября 2020 года и на 386 000 ниже ожиданий. Сокращение вакансий сосредоточено в профессиональных услугах, рознице и финансах. Соотношение вакансий к безработным ухудшилось: около 6,5 млн вакансий против 7,5 млн безработных.

Здесь важно понимать: эти данные не противоречат официальной статистике, а дополняют её. Бюро статистики труда измеряет чистый прирост занятости. Отчёты по увольнениям отражают планы компаний. Статистика вакансий показывает спрос на рабочую силу. В совокупности картина выглядит как режим «низкие наймы — низкие увольнения»: рынок не рушится, но и не расширяется активно. Это типичная поздняя стадия экономического цикла, когда рост экономики продолжается уже долгое время и приближается к своему пику, после которого обычно следует замедление или спад.

В третьем квартале 2025 года экономика США выросла на 4,3–4,4%. Однако почти весь рост обеспечен скачком производительности труда — около +4,9%, а не увеличением числа занятых. Компании стали производить больше при прежнем штате сотрудников. Главные факторы — внедрение искусственного интеллекта, автоматизация и оптимизация процессов. Именно поэтому занятость растёт слабо: бизнес научился обходиться меньшим количеством работников.

Оценки экспертов разделились. Оптимисты говорят о стабилизации: январский отчёт — сигнал того, что рынок не разваливается, а высокая производительность поддерживает экономику. Скептики указывают на хрупкость: 2025 год балансировал на грани стагнации, рост занятости слабый, экономика расширяется без создания рабочих мест, а риски рецессии увеличиваются.

Важно, что такие противоречивые данные позволят ФРС отложить снижение ставок (вероятность паузы в марте после отчета выросла до 76%).

Какой из всего этого напрашивается вывод?

Несмотря на приятный январский сюрприз, говорить о полноценной стабилизации рынка труда рано. Рост крайне неравномерный и сосредоточен в нескольких секторах. Одновременно сохраняется целый набор тревожных сигналов — от всплеска планов увольнений и падения числа вакансий до слабой динамики найма в 2025 году. Жёсткие ревизии прошлого года напоминают: первоначальные данные часто выглядят лучше реальности. Не исключено, что и январские цифры ещё будут пересмотрены. Настоящая устойчивость рынка труда станет понятна только по следующим отчётам.