Нефть на полугодовом максимуме — Трамп дал Ирану «считаные дни» на сделку
Этот прием – продавать облигации, если с их эмитентом произошло что-то неприятное.
Его применение – первый тест на диверсификацию портфеля. Если вес эмитента 20% от активов, его без жертв не продать. Если 5%, как учит статистический анализ – тоже не всегда. Поэтому мы со временем ушли к 3% и ниже.
Кроме того, действие как реакция на испуг, он же стресс – эмоционально комфортная реакция. А сохранять эмоции в гармонии при управлении активами полезно.
Иногда наши продажи – это бегство, но чаще они постепенны: если не удается бежать к цели, можно лечь в ее направлении.
Из быстрого сейчас Евротранс, недавно Брусника. У Евротранса из нетипичного размещаемый выпуск торгуется на 10-12% ниже номинала на крупном погашении. Несложно расшифровать как нехватку денег. У Брусники был техдефолт, который все списали на техническую ошибку.
Из медленного, к примеру, Селигдар. Чем дороже золото, тем дороже его золотой долг.
Вопрос об эффективности приема. Продажи на фактах, еще хуже – предположениях обычно дешевле покупок. Такие спекуляции ведут к убыткам. Да, но локальным и с парой выигрышных эффектов. Первый: мы можем держать облигации с очень высокими доходностями. Т.е. не ставить жесткий запрет на покупку, дескать, высокая доходность – индикатор проблем, а реагировать на их очевидное проявление. Второй: покрытие риска потоком платежей. Тезис не нов. Средняя доходность облигационного рынка (хотя бы его рискованного сегмента, где мы и работаем) покрывает его дефолтные потери. С нашим параноидальным подходом попасть в дефолт проблематично. А избегая главной статьи потерь, пусть и допуская череду мелких, мы, как минимум, не проигрываем рынку.
Не является инвестиционной рекомендацией. Ссылка на ограничение ответственности