США 2026 год — Венесуэла и Иран

США в начале 2026 года: сигналы, шум и то, как рынки читают риск
Начало 2026 года проходит под странным рыночным диссонансом. Геополитическая напряжённость растёт, риторика США ужесточается, а реальные действия — от силовой операции в Венесуэле до экономического давления на Иран — выглядят куда более жёсткими, чем реакция финансовых рынков. Волатильность остаётся сдержанной, валюты ведут себя так, будто мир по-прежнему находится в режиме управляемого риска, а нефть реагирует вяло, несмотря на очевидные угрозы поставкам.
[Вывод] Рынки сейчас торгуют не факты, а надежду на то, что эскалация снова окажется контролируемой.

Стратегические факты по событиям

Венесуэла: военная операция и нефть
Факт о событиях 3 января 2026:
США нанесли авиаудары по Каракасу и другим частям Венесуэлы, в результате чего действующий президент Николас Мадуро и его супруга были захвачены и вывезены в США.
Сразу после операции:

• телефонная и интернет-связь в Каракасе частично отсутствовали, электричество отключено; местные жители рассказывали о вертолётах и военной активности.
• правительство Венесуэлы объявило чрезвычайное положение и мобилизацию вооружённых сил.
• СМИ сообщали о репрессиях против сторонников свержения Мадуро, включая задержания журналистов.

Реакция рынков:
По данным СМИ, индекс венесуэльского фондового рынка Indice Bursatil de Capitalizacion (IBC) вырос более чем на 130% после захвата Мадуро, с дневным приростом около 17,9% к 12 января.
Факт про нефть и ресурсы:
Венесуэла обладает одними из крупнейших запасов нефти в мире — около 303 миллиардов баррелей, что составляет примерно 17% мировых запасов по данным Energy Institute (Lond).
Белый дом объявил о планах контролировать и продавать до 50 млн баррелей блокированной нефти (примерно $3 млрд по текущим ценам), а также возобновить будущие продажи под контролем США.
Контекст инвестиций:
Белый дом и представители Трампа говорят о привлечении крупных нефтяных компаний с инвестициями до $100 млрд, хотя эксперты отмечают, что из-за разрушенной инфраструктуры фактические вложения могут быть значительно выше.

Венесуэла и нефть: почему рынок остался спокойным

Это спокойствие может быть иллюзией. Рынок продолжает опираться на текущие балансы спроса и предложения, игнорируя хвостовые риски. Венесуэла в данном случае — не источник немедленного дефицита, а прецедент. Сигнал о том, что вопросы контроля над ресурсами снова могут решаться силовым способом, если политическая и военная цена кажется приемлемой.

Иран: протесты, смертность и тарифы

С конца декабря 2025 года в Иране проходят самые крупные протесты за последние годы, первоначально вызванные экономическим кризисом и девальвацией риала.
Экономические меры и риторика:

• Президент США Дональд Трамп ввёл 25% тариф на страны, ведущие бизнес с Ираном (тариф касается стран-посредников, а не напрямую товаров из Ирана).
• Это уже отразилось в дипломатических трениях с Китаем, который выразил угрозу ответных мер.

Иран, Ормуз и нефть: риск, не заложенный в цену

Для нефтяного рынка ключевым остаётся не сам факт тарифов, а вероятность ошибки. Ормузский пролив — бинарный риск: либо ничего не происходит, либо даже ограниченная эскалация приводит к мгновенной переоценке всего энергетического комплекса. Текущие цены на нефть скорее отражают первый сценарий, почти полностью игнорируя второй.

Почему эти факты важны для рынков

Нефть

• Запасы и производственные возможности Венесуэлы — несколько сотен миллиардов баррелей — это крупный фундаментальный фактор.
• Удержание под контролем части этих ресурсов влияет на долгосрочное восприятие предложения на мировом рынке, особенно учитывая, что мировые запасы OPEC и другие крупные производители действуют в условиях ограниченной запасной ёмкости.

Рынок нефти сейчас торгует ситуацию так, как будто поставки стабильны, в то время как события в Венесуэле и протесты в Иране создают реальные дисбалансы в ожиданиях будущего спроса/предложения с возможностью резкого пересмотра.

Валюты (FX)

• Валюты развивающихся стран — особенно тех, чья экономика привязана к сырью — чувствительны к геополитическому напряжению и риску резких капиталовложений/изъятия ликвидности.
• Судьба риала в Иране, ослабленного протестами и девальвацией, делает валютные рынки потенциально более волатильными, чем отражают текущие котировки.

Это указывает на недооценку военного риска. FX-рынок по-прежнему исходит из предположения, что США будут использовать давление как инструмент торга, а не как пролог к масштабной эскалации. Проблема в том, что валюты начинают резко переоцениваться именно тогда, когда это предположение оказывается ошибочным.

Тарифы против Ирана: бумажные стены и реальные побочные эффекты
Тарифы, объявленные США, направлены не столько против Ирана, сколько против его торговых партнёров. Это создаёт давление на валюты стран, вовлечённых в иранскую торговлю, и искажает торговые потоки.

Как рынки могут пересчитать риск
1. Базовый:
Происходит стабилизация ситуации без значительного расширения конфликта. Нефть может умеренно укрепиться (рост премии за риск), FX EM остаётся волатильным, но без панических распродаж.
2. Эскалация в Иране:
Если число жертв протестов продолжит расти (выше 2 500), а режим в ответ усилит репрессии и закроет Ормузский пролив, нефть может резко пробить отметки выше $75–85/баррель, а валюты EM выйдут на периоды резкой продавливания.
3. «Хвостовой» конфликт:
Военное столкновение между США и Ираном или серьёзная блокада ключевых поставок энергоносителей приведёт к экспоненциальному росту цен на сырьё и массовым валютным бегствам в USD.

Итог
Действия США в начале 2026 года — это система сигналов, а не единый прозрачный план. Рынки пока предпочитают видеть в них шум и политический театр. Риск в том, что именно такая интерпретация делает финансовую систему уязвимой к ошибке. Сегодня инвесторы и трейдеры торгуют надежду на контроль. История же показывает, что именно в такие моменты цена ошибки оказывается максимальной.

Для поддержки переходите по ссылке на наш сайт и получите грамотную помощь и советы в BlackForest