Фьючерсы на дизель в Европе превысили $200 впервые с 2022 года
По данным Санкт-Петербургской Международной Товарно-Сырьевой биржи (СПБМТСб), бензин АИ-92 подешевел в декабре 2025 года более чем на 10%, а АИ-95 почти на 20%. Снижение затронуло и дизельное топливо, и авиакеросин, и мазут, что для конца года выглядит нетипично на фоне традиционно высокой чувствительности рынка к логистике и сезонным факторам.
Причин у такой динамики несколько. Во-первых, выраженный фактор сезонности. С окончанием активного автотрафика и завершением сельхозработ спрос на бензин и дизель традиционно снижается, а НПЗ входят в более стабильный режим загрузки. Во-вторых, существенную роль сыграл продленный запрет на экспорт бензина и ограничения на вывоз дизельного топлива, так как избыточные объемы остаются внутри страны и давят на оптовые котировки. Дополнительную стабилизацию рынку дал механизм демпфера. Указ, подписанный Владимир Путин, временно обнулил порог отклонения для выплат, что позволяет нефтепереработчикам сохранять компенсации и не перекладывать ценовые риски на внутренний рынок. Об этой логике ранее сообщало Министерство энергетики РФ.
Исторически подобные меры применяются в периоды повышенной волатильности. Запреты на экспорт и корректировка демпфера уже использовались в 2023–2024 годах, когда рост оптовых цен начинал угрожать рознице и инфляции. Текущая ситуация выглядит продолжением той же политики превентивного сдерживания.
В ближайшие месяцы снижение биржевых цен будет постепенно транслироваться в розницу, хотя эффект окажется растянутым по времени. Для инфляции это существенный дезинфляционный фактор, так как в стоимости практически всех товаров и услуг отражается цена их логистики. То есть топливо напрямую и косвенно влияет на стоимость перевозок, логистики и продуктов питания, поэтому стабилизация цен на АЗС снижает инфляционное давление в первом полугодии.
В базовом сценарии в 2026 году резкого роста цен на бензин не ожидается. При сохранении демпфера и контроле экспорта рост цен по году может уложиться в 5–7%, то есть около или ниже общей инфляции. Саму инфляцию в 2026 году я по-прежнему оцениваю в диапазоне 5,5–6% при отсутствии внешних шоков и умеренной бюджетной политике. Это означает, что топливный рынок в следующем году скорее останется фактором стабилизации, а не источником нового ценового давления.
Причин у такой динамики несколько. Во-первых, выраженный фактор сезонности. С окончанием активного автотрафика и завершением сельхозработ спрос на бензин и дизель традиционно снижается, а НПЗ входят в более стабильный режим загрузки. Во-вторых, существенную роль сыграл продленный запрет на экспорт бензина и ограничения на вывоз дизельного топлива, так как избыточные объемы остаются внутри страны и давят на оптовые котировки. Дополнительную стабилизацию рынку дал механизм демпфера. Указ, подписанный Владимир Путин, временно обнулил порог отклонения для выплат, что позволяет нефтепереработчикам сохранять компенсации и не перекладывать ценовые риски на внутренний рынок. Об этой логике ранее сообщало Министерство энергетики РФ.
Исторически подобные меры применяются в периоды повышенной волатильности. Запреты на экспорт и корректировка демпфера уже использовались в 2023–2024 годах, когда рост оптовых цен начинал угрожать рознице и инфляции. Текущая ситуация выглядит продолжением той же политики превентивного сдерживания.
В ближайшие месяцы снижение биржевых цен будет постепенно транслироваться в розницу, хотя эффект окажется растянутым по времени. Для инфляции это существенный дезинфляционный фактор, так как в стоимости практически всех товаров и услуг отражается цена их логистики. То есть топливо напрямую и косвенно влияет на стоимость перевозок, логистики и продуктов питания, поэтому стабилизация цен на АЗС снижает инфляционное давление в первом полугодии.
В базовом сценарии в 2026 году резкого роста цен на бензин не ожидается. При сохранении демпфера и контроле экспорта рост цен по году может уложиться в 5–7%, то есть около или ниже общей инфляции. Саму инфляцию в 2026 году я по-прежнему оцениваю в диапазоне 5,5–6% при отсутствии внешних шоков и умеренной бюджетной политике. Это означает, что топливный рынок в следующем году скорее останется фактором стабилизации, а не источником нового ценового давления.