Сенаторы США требуют объяснить отсутствие новых санкций против России
Председатель партии “Справедливая Россия” Сергей Миронов сегодня заявил о необходимости повысить ставку налога на прибыль для банков и микрофинансовых организаций с 25% до 30%. По его словам, дополнительные 5 п.п. должны частично пойти в федеральный бюджет и стать одним из источников закрытия дефицита, а налоговую нагрузку на реальный сектор, напротив, стоит снижать.
Логика его предложения напрямую связана с бюджетной ситуацией. По данным Минфина, на конец 2025 года дефицит федерального бюджета по поправкам оценивается в 5,74 трлн руб., или 2,6% ВВП, при доходах 36,56 трлн и расходах 42,29 трлн руб. На этом фоне финансовый сектор на фоне высоких ставок стал одним из ключевых бенефициаров текущей макроэкономической конфигурации. Банк России ранее отмечал, что совокупная чистая прибыль банковского сектора по итогам 2024 года превысила 3 трлн руб., а по итогам 2025 года регулятор ожидает показатель ближе к верхней границе прогнозного диапазона 3,2–3,5 трлн руб., поскольку за январь — ноябрь банки уже заработали около 3,4 трлн руб. Если пересчитать эти значения в прибыль до налогообложения при действующей ставке 25%, база налога составляет порядка 4,3–4,7 трлн руб. Повышение ставки на 5 п.п. в этом случае дает бюджету дополнительно около 210–235 млрд руб в год только за счет банковского сектора. Масштаб микрофинансовых организаций существенно меньше.
По данным ЦБ, прибыль МФО за 9 месяцев 2025 года составила 45 млрд руб, что позволяет оценить показатель за год примерно в 60 млрд руб. Дополнительный эффект от повышения ставки для этого сегмента не превысит 4–5 млрд руб. В сумме потенциальный фискальный эффект можно оценить в 220–240 млрд руб в год, что соответствует примерно 4% текущего дефицита федерального бюджета. Таким образом, даже при консервативных допущениях повышение ставки налога на прибыль для банков и МФО с 25% до 30% может дать бюджету порядка 220–240 млрд руб в год.
Основной эффект обеспечат банки, на которые приходится более 95% дополнительного сбора, тогда как вклад микрофинансовых организаций будет ограничен несколькими миллиардами рублей. Для федерального бюджета это около 4% текущего дефицита и не системное решение проблемы, но для финансового сектора — это заметное снижение чистой прибыли и дивидендного потенциала. В базовом сценарии инициатива останется на уровне политической дискуссии, однако сам факт ее появления усиливает фискальные риски для банков на горизонте 2026 года и будет постепенно закладываться рынком в оценки сектора.
