Премии за американские аналоги ближневосточной нефти достигли максимума за 6 лет
ЛУКОЙЛ, по сообщениям западных СМИ, объявил форс-мажорную ситуацию на нефтедобывающем проекте в Ираке “Западная Курна-2” в связи с тем, что правительство Ирака из-за опасения вторичных санкций заморозила оплату российской корпорации за выполняемые работы по проекту.
По данным агентства, корпорация получала оплату в основном нефтью, и в итоге Ирак заморозил выплаты ЛУКОЙЛу в объёме 4 млн баррелей нефти. Напомним, что ЛУКОЙЛ работает в Ираке на основе долгосрочного контракта, подписанного ещё в 2010 году сроком на 25 лет, и, согласно условиям контракта, корпорация будет осуществлять разработку месторождения “Западная Курна-2”, одного из крупнейших месторождений нефти на юге Ирака.
Теперь для предприятий и проектов ЛУКОЙЛа за рубежом после введения недавних санкций США наступили непростые времена, поскольку корпорации будет непросто продать зарубежные активы, учитывая отказ от потенциальной сделки крупного европейского нефтетрейдера Gunvor, который ранее намеревался приобрести доли ЛУКОЙЛа в зарубежных проектах.
На наш взгляд, возможно несколько вариантов выхода из этой форс-мажорной ситуации, первый из которых предполагает, что российская корпорация просто выйдет из проекта в течение полугода, если за полгода не произойдёт каких-либо изменений в санкционной политике США или, например, неких геополитических изменений, в связи с которыми санкции США перестанут быть актуальными. По второму варианту, ЛУКОЙЛ и власти Ирака могут совместно найти способы оплаты услуг российской корпорации, которые не будут подпадать под санкции (мы не исключаем, что возможен вариант оплаты услуг в криптовалютах).
В любом случае, информация о ситуации вокруг проекта ЛУКОЙЛа в Ираке пока официально не подтверждена, и возможно, что через несколько дней сама корпорация разъяснит, что же там происходит. В понедельник на этой новости акции ЛУКОЙЛа упали сильнее рынка, на 3,2%, в то время как индекс Мосбиржи потерял менее процента, но вполне возможно, что рынок так отреагировал не столько на опасения реальной угрозы для доходов, прибыли и дивидендов корпорации, сколько на новостное сообщение, вызывающее очень много вопросов.
